09.10.10

Портрет современного священника. Зарисовки с натуры.

ЦЕРКОВЬ - БУДНИ

Автор: прот.А.Угольков  

Эта статья была опубликована в «Свете Православия» несколько лет назад. В интернете публикуется впервые, с целью внести свою лепту в развитие нового проекта ПРИТВОР.KZ

Священник как он есть

Наверное, каждый священник хотя бы раз в жизни попадал в следующую непростую ситуацию: идешь по улице и, вдруг, чувствуешь заинтересованно-восхищенный взгляд и тут же слышишь вопрос: «Дядя, ты кто, Бог?» И в этой детской наивности и искренности - глубокая интуиция (в отличие от взрослой циничности: «Во, поп пошел!»), потому что каждый священник являет собой образ Христа.

Священник не специалист по богословию и, тем более, не эксперт в вопросах белой и черной магии («батюшка, не могли бы вы дом почистить, а то энергетика плохая»). Священник – пастырь «словесных овец», образ Пастыря, положившего душу за овцы Своя.

И, разумеется, у образа должно быть сходство с Первообразом. Оно заключается не в бороде и в прическе, а в определенных духовных качествах, которые отличают истинного пастыря от «татя», того самого, который «не входит дверьми».

Эти духовные черты священника известны. Апостол Павел в своих, так называемых, пастырских посланиях перечисляет их, говоря, что пастырь «…должен быть непорочен, одной жены муж, трезв, целомудрен, благочинен, честен, страннолюбив, учителен (1Тим.3:2), не дерзок, не гневлив, не пьяница, не бийца, не корыстолюбец». (Тит.1:7). И больше чем другим, ему должны быть присущи плоды духа: «любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание». (Гал. 5:22,23).

Пастырь и его овцы

«Каков поп, таков и приход», - говорит народная мудрость. Каждый священник имеет «своих» прихожан. Он для них отец, они для него чада. Это со стороны даже может показаться забавным. Вот, например, меня посвятили в сан иерея в 22 года, и у меня была прихожанка (правда, не она ходила в храм, я приходил к ней домой и причащал ее), которой было 110 лет. Так вот, эта бабуля, невзирая на разницу в наших возрастах почти в 90 лет, обращалась ко мне: «батюшка». Этот этический парадокс объясняется только тем, что «отцовство» священника духовное, не принадлежащее времени.

Иногда в отношениях пастыря и пасомых возникают трудности и непонимание. При этом священник должен помнить, что он всегда неправ. Потому что с овец-то что спросишь?

В мире людей

Однажды, лет 10 назад, возвращались мы с братьями священниками на автомобиле из Алматы. И вот где-то среди балхашских степей нас останавливает дорожный патруль. И на ломанном русском языке нас просят чего-нибудь дать. Мы пытаемся объяснить, что дать нам нечего, мол, едва на бензин наскребли и т.д. Но проситель настойчив: нет, уж, вы дайте то, что всем даете. Оказалось, что он просил дать благословение… К чести представителей титульной нации нашей страны нужно отметить, что они относятся к православному духовенству с большим уважением, чего, к сожалению, не скажешь о многих православных.

Один знакомый батюшка в рясе идет по городу. К нему подходят два человека: «Вы не хотите услышать о Боге?» Или та же ситуация, но другой вопрос: «Вы хотите узнать о ложной религии?» Ответ мгновенный: «Нет, спасибо, я про вас и так достаточно много знаю».

Еще одна зарисовка из жизни. Осторожно перебираясь через лужи, ищу нужный подъезд, чтобы причастить больную. Из подъезда выходит женщина, глаза округляются, с дрожью в голосе: «Что, кто-нибудь умер?» Увы, служители Жизни у некоторых ассоциируются только со смертью.

Режим дня

Помните у Чуковского: «У меня зазвонил телефон…» К священнику, конечно слоны с газелями не звонят, но экспрессия, а часто и проблематика звонков чем-то напоминают известные стишки. «Нам, батюшка, квартирку бы отпеть», или «так, мы тут попа на похороны заказали», или «вот нам землю в церкви отпели, теперь мама на улице стоит, мы не знаем, можно ли ее домой заносить?», или «мы ребенка хотим крестить, но у нас крестный некрещеный католик, он в Германии живет, можно ли его заочно записать?», или…, впрочем, и так уже достаточно.

Священник сам себе не принадлежит. Утром надо успеть причастить больных по домам, служба, требы, «пришли поговорить» – это отдельная тема. А еще - заботы о хозяйстве прихода. Сделать текущий ремонт (это в том случае, если стройка закончена), достать строительные материалы, думать об отоплении и водоснабжении, и вечная дума настоятеля: где взять денег? Бабушки – часто единственные помощницы при храме – переругались из-за половой тряпки – и тут, конечно, нужен батюшка, примирить, объяснить, вразумить. Из администрации пригласили на собрание актива, где ведутся серьезные разговоры о демократии и реформах, и никому нет дела, что ты, вообще-то, по политическим взглядам - монархист.

А еще нужно успеть подготовиться к службе, что-то почитать и.т.д. Один мой знакомый архимандрит так занят, что вынужден иногда ездить причащать больных в то время, пока читают кафизмы на утрене и успевает…

Приходишь домой и с трудом понимаешь, что стоящая перед тобой, очень сердитая женщина – твоя жена.

Дух апостольский

Если от меня мысленно пойти к тому архиерею, который меня рукополагал (т.е. посвящал в священный сан), а от него – к рукополагавшему его и так далее, то конец этой цепочки, никогда (!) не прерывавшейся в веках, подойдет к одному из апостолов, а от него -  к Христу. Это называется в Церкви – преемством благодати. Человек может закончить семинарию и богословский институт, выучить наизусть Евангелие и знать все молитвы. Но все это не делает его священнослужителем. Не диплом делает священника священником, а Таинство Священства. Дух апостольский – это дар, который наделяет священника умением в обычном делать необычное. Вот, привели в храм на Крещение человека, который по закону естества обязан умереть, а уносят счастливые родители уже вечного человека, который никогда не умрет. Это великое чудо исполняет священник, правда, не сам, а благодатью Духа Святаго, которая дарована ему в Таинстве Священства. Он исполняет, а Бог совершает.

О чем мечтают священники

Как и все люди –  о разном. Но, наверное, есть какие-то общие «профессиональные» мечты. Например, перевалить хозяйственные заботы на чью-нибудь крепкую шею, а самому, наконец, перестать заниматься «житейскими попечениями» (это неисполнимая мечта всех настоятелей) или найти такого благотворителя, который сам бы сказал: «Батюшка, а, давайте-ка, построим храм», но, наверное, самая главная мечта любого священника о другом. Растворенная надеждой мечта о том, чтобы приобрели Вечное спасение все те, с кем надлежит предстать пред Богом, говоря: «Се аз и дети, яже даде ми Бог».